Среда
13.12.2017
02:14
Приветствую Вас Случайный посетитель | RSS Главная | Великая Отечественная война, продолжение - Страница 6 - Форум | Регистрация | Вход
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 6 из 9«12456789»
Модератор форума: mdr1, mdr5, mdr4, kostas 
Форум » ОБЩИЕ ТЕМЫ » ЛЮБИТЕЛЯМ ИСТОРИИ » Великая Отечественная война, продолжение (Фото ,видео , история ,мемуары ,исследования ...)
Великая Отечественная война, продолжение
kostasДата: Четверг, 02.04.2015, 11:40 | Сообщение # 76
ОСНОВАТЕЛЬ ГОРОДА
Группа: Модераторы
Сообщений: 2632
Статус: Отсутствует
 
kostasДата: Четверг, 02.04.2015, 11:41 | Сообщение # 77
ОСНОВАТЕЛЬ ГОРОДА
Группа: Модераторы
Сообщений: 2632
Статус: Отсутствует
 
kostasДата: Четверг, 02.04.2015, 18:18 | Сообщение # 78
ОСНОВАТЕЛЬ ГОРОДА
Группа: Модераторы
Сообщений: 2632
Статус: Отсутствует
Пражская наступательная операция. 6 - 7 мая 1945.



Подробная карта

http://rkka.ru/maps/tv24.gif

И.С.Конев , командующий 1-ым Украинским фронтом.

http://militera.lib.ru/memo/russian/konev_is2/text.html#t5

Как только утром 6 мая передовые отряды армий перешли в наступление, сразу же обнаружились два очень существенных обстоятельства.
Во-первых, выяснилось, что противник занимает не сплошную оборону, а из отдельных узлов и очагов сопротивления и опорных пунктов. Предположения на этот счет у нас имелись и раньше, но наступление началось буквально с ходу, без достаточного времени на всестороннюю разведку, и проверить эти предположения заблаговременно не удалось.
Во-вторых (и это было особенно важно), передовые отряды сразу установили, что немецко-фашистское командование не обнаружило сосредоточения нашей ударной группировки на левом берегу Эльбы, к западу и к северо-западу от Дрездена.
Именно поэтому её внезапный удар обещал дать особенно хорошие результаты. Надо было только действовать смело, без промедления. И я решил развить успех передовых отрядов немедленным вводом главных сил.
В четырнадцать часов после мощной артиллерийской подготовки перешли в наступление армии Пухова и Гордова. Сразу же вместе с ними, в их оперативных порядках, двинулись танковые армии Рыбалко и Лелюшенко.
Армия Жадова, ближайшей задачей которой являлось взятие Дрездена, к этому часу ещё не была готова к наступлению. Я отсрочил начало её действий до двадцати часов сорока пяти минут (по берлинскому времени восемнадцать часов сорок пять минут). У Жадова в этот день оставалось мало светлого времени, но это меня не смущало. Я считал, что армия должна пойти в наступление ночью
Армия Жадова, ближайшей задачей которой являлось взятие Дрездена, к этому часу ещё не была готова к наступлению. Я отсрочил начало её действий до двадцати часов сорока пяти минут (по берлинскому времени восемнадцать часов сорок пять минут). У Жадова в этот день оставалось мало светлого времени, но это меня не смущало. Я считал, что армия должна пойти в наступление ночью, этого требовала обстановка. К тому же 5-й армии любая задача была по плечу.
Нанести без промедления удар в направлении Дрездена я считал особенно важным: как раз перед Дрезденом оборонялись танковые дивизии противника, и мы этим ударом лишали немецкое командование возможности снять их оттуда и бросить против наших танковых армий. Жадов должен был сковать танковые дивизии врага. Так оно и вышло.
К ночи, как назло, пошёл проливной дождь. Темнота хоть глаз выколи. Слякоть, грязь. Наступать нелегко, а ориентироваться ещё труднее. Гитлеровцы повсюду оказывали жестокое сопротивление, особенно сильным оно было на левом фланге у Гордова и на всем фронте у Жадова. Здесь вели упорные оборонительные бои части танковой дивизии «Герман Геринг», 20-й танковой дивизии и 2-й мотодивизии противника.
Весь день на этом самом трудном участке немецко-фашистские войска предпринимали отчаянные усилия, задерживая нас. Мы продвинулись за ночь только на десять — двенадцать километров. Но зато в полосе 13-й армии Пухова и на правом фланге у Гордова наши войска прорвались вперёд на двадцать три километра, целиком выполнив задачу дня. Танкисты пока что действовали в боевых порядках общевойсковых армий.
В обычных условиях можно было вполне удовлетвориться достигнутым. Но, принимая во внимание обстановку, сложившуюся в Праге, когда был дорог каждый час, я потребовал от всех четырёх командармов — Гордова, Пухова, Рыбалко и Лелюшенко — более высоких темпов наступления. Перед пехотой стояла задача пройти за следующие сутки тридцать — сорок пять километров, а от танкистов — пятьдесят — шестьдесят. Им было приказано наступать днем и ночью, не считаясь ни с усталостью, ни с какими-либо помехами.
существенным событием дня на наших второстепенных направлениях был неожиданно обнаружившийся отход противника перед фронтом 59-й армии Коровникова на нашем левом крыле.
Заметив первые признаки отхода, Коровников организовал преследование противника, и к вечеру его войска продвинулись на семь километров. Все говорило о том, что гитлеровцы почувствовали наш удар на дрезденском направлении, правильно восприняли его как угрозу окружения и начали поспешно вытягивать свои войска из самых отдаленных районов того периметра, по которому была размещена миллионная группировка Шернера.
Шернер явно торопился, и это требовало от нас удвоенной стремительности действий. Учитывая все обстоятельства, я отдал приказ о переходе в наступление армиям центра и левого крыла фронта (2-й армии Войска Польского, 28, 52, 31, 21, 59-й армиям) на два дня раньше запланированного срока.
Именно этими мыслями закончился для меня первый день Пражской операции.

Сражение шло всю ночь на 7 мая и продолжалось утром. Войска главной ударной группировки продвигались все дальше к югу по западному берегу Эльбы и к концу дня оказались перед северными склонами главного хребта Рудных гор.
Темп продвижения достиг в этот день сорока пяти километров. Особенно успешно наступала армия Пухова, настолько успешно, что взаимодействовавшие с нею танкисты Лелюшенко, продвигаясь через горы и леса, так и не
смогли в этот день оторваться от пехоты Пухова и лишь кое-где незначительно опередили её. Правда, армия Лелюшенко наступала компактно, и я по многим признакам чувствовал, что у неё уже все подтянуто для предстоящего рывка вперёд.
В этот день, признаюсь, я был особенно удовлетворен действиями Пухова и Лелюшенко, четкой работой штабов обеих этих армий, возглавляемых генералами Маландиным и Упманом.
Армия Гордова и танковая армия Рыбалко своим правым флангом прошли за этот день двадцать пять километров. Рыбалко так же, как и Лелюшенко, ещё не оторвался от пехоты. А его 6-й танковый корпус, помогавший Жадову овладеть Дрезденом, совершил пятнадцатикилометровый маневр и вышел на западную окраину Дрездена.

... важным с точки зрения дальнейшего развития событий являлось быстрое продвижение правого, заходящего фланга нашей ударной группировки — армий Пухова и Лелюшенко.
Своим стремительным наступлением они захлестывали противника, не давали ему возможности зацепиться, занять оборону, сесть на пояс долговременных укреплений по чехословацкой границе, оседлать горные перевалы.
Погода теперь более благоприятствовала нам, чем накануне. Правда, земля ещё не просохла, но небо было чистым, и авиация уже работала вовсю. А это, разумеется, сыграло немаловажную роль для облегчения нашего продвижения.
Что касается противника, то, как выяснилось впоследствии, в тот день штаб группы армий «Центр» разработал план постепенного отхода войск в Западную Чехословакию и Северную Австрию, навстречу американцам. Оказывается, Кейтель, подписав в этот день в штабе Эйзенхауэра предварительную капитуляцию, тотчас же направил генерал-фельдмаршалу Шернеру приказ за своей подписью о прекращении боевых действий. Однако Шернер отказался выполнить это требование и начал отвод войск на запад.
В приказе, отданном 7 мая, Шернер писал: «Неприятельская пропаганда распространяет ложные слухи о капитуляции Германии перед союзниками. Предупреждаю войска, что война против Советского Союза будет продолжаться».
...от войск 1-го Украинского фронта по-прежнему требовалось максимальное напряжение сил для быстрейшего выхода в район Праги. Пути отхода войск Шернера на запад надо было скорее отрезать.


А.И.Еременко, командующий 4-ым Украинским фронтом.

http://militera.lib.ru/memo/russian/eremenko_ai3/14.html

60-я армия в составе четырех стрелковых и одного танкового корпуса (3-й гвардейский стрелковый, 15, 28 и 106-й стрелковые, 31-й танковый корпуса) продолжала развивать наступление и на оломоуцком направлении, выдвинулась на рубеж Тюрмитц, Вальтержовице. 38-я армия в составе четырех стрелковых корпусов (126-й горнострелковый, 11, 52 и 101-й стрелковые корпуса), наступая на Одры, вышла на рубеж Вальтержовице, Песков. 1-я гвардейская армия в составе четырех стрелковых корпусов (127-й легкий горнострелковый, [411] 67, 95 и 107-й стрелковые корпуса), наступая на цешинском направлении, вела бои на рубеже Песков, Бистржице. 18-я армия в составе стрелкового (17-й гвардейский стрелковый корпус), 1-го Чехословацкого армейского корпуса и одного укрепленного района, наступая на широком фронте, вела бои на рубеже Бистржице, Лази.
В тот же день, т. е. 2 мая, я донес в Ставку Верховного Главнокомандования, что на случай ослабления сопротивления противника в период, предшествующий капитуляции Германии, мною подготовлены для захвата Праги подвижная группа в составе стрелковой дивизии, посаженной на машины, с приданными ей танковой бригадой и разведывательной мотоциклетной ротой, авиадесант в составе стрелкового батальона на 10 самолетах, а также подвижные группы 60, 38 и 1-й гвардейской армий.
Фронтовая подвижная группа к 6 часам утра 3 мая сосредоточивалась в районе Опавы.

По указанию Ставки и по нашему плану на Оломоуц должен был наноситься удар двух армий в сходящихся направлениях: 60-й армии с севера и 40-й армии 2-го Украинского фронта с юга. После этого планировалось общее наступление на запад на Прагу во взаимодействии с остальными войсками 1-го и 2-го Украинских фронтов, выходившими в этот район с целью отрезать всю группу армий «Центр» и не дать ей возможности отойти в западном направлении.
В течение 4 и 5 мая действия наших войск развивались успешно на всех направлениях. За эти два дня они продвинулись от 18 до 45 км, овладев при этом 360 населенными пунктами, в том числе городами Штернберк, Штадт Либау, Фульнек, Пржибор, Рожнов и другими.
60-я армия, произведя в течение ночи с 5 на 6 мая перегруппировку, правым крылом вновь продвинулась на 20 км, а центром, наступая от Штернберка вдоль шоссе на Оломоуц, вышла на северовосточную окраину г. Оломоуц, где встретила упорное сопротивление противника.
В тот же день значительный успех имели также 1-я гвардейская и 18-я армии, которые вышли на линию Нови-Йичин, Телешов. 60-я армия своим правым крылом и центром продвинулась до 30 км, овладев при этом 150 населенными пунктами. На левом крыле в районе Оломоуца шли упорные бои, отбивались неоднократные атаки противника в северной части города. Успех 60-й армии дал возможность усилить продвижение войск 38 и 1-й гвардейской армий, которые в течение 7 мая также имели успех и продвинулись от 7 до 20 км, при этом 38-я армия овладела большей частью Оломоуца.


Жадов , командующий 5 Гв. армией 1-украинского фронта.

http://militera.lib.ru/memo/russian/zhadov_as/09.html

в 18 часов 10 минут 6 мая от командующего 1-м Украинским фронтом мною был получен короткий и ясный приказ: «Светлого времени не терять, начать наступление немедленно. Исходное положение для наступления занимать с ходу»{93}.
В 21 час 6 мая 1945 года по сигналу с КП армии громовые залпы гвардейских минометов — «катюш» разорвали напряженную фронтовую тишину. Дружной разноголосицей отозвались им артиллерийские системы всех калибров. Несмотря на изменение времени начала артиллерийской подготовки и сокращение ее продолжительности, она была проведена исключительно эффективно. В этом большая заслуга командующего артиллерией армии генерала Г. В. Полуэктова и его штаба. На переднем крае и в ближайшей глубине обороны противника в течение 30 минут кипела в разрывах земля. Огненный смерч к концу артиллерийской подготовки не стихал, а возрастал по своей мощи и разрушительной силе. Медленно уходя в глубину вражеской обороны, он сметал все, что встречалось на его пути: живую силу и технику противника, огневые средства, укрытия, средства связи, командные и наблюдательные пункты. Вслед за этим танки и пехота решительно атаковали противника по всему фронту.
Потрясенные огневой мощью нашей артиллерии, стремительностью нашей атаки, прикрываясь огнем танков и штурмовых орудий, гитлеровцы начали поспешный и неорганизованный отход в южном и юго-западном направлениях — в сторону Дрездена и Рудных гор{94}.
Многие предпочитали сдаваться в плен. Так, с первых же часов наступления появились группы пленных из подразделений слушателей офицерской школы 4-й танковой армии, батальонов фольксштурма 269-й пехотной дивизии и мотодивизии «Герман Геринг».
Соединения армии быстро и энергично осуществили прорыв обороны противника, развили наступление в глубину и в сторону флангов и к утру 7 мая продвинулись на 10–12 км, а местами и более, очистив от врага до 20 населенных пунктов. Введенный в сражение на рассвете 7 мая 4-й гвардейский танковый корпус решительно устремился вперед на Дрезден, громя отходящего противника.
В первой половине дня 7 мая, неотступно преследуя разгромленные части противника, наши части вместе с 4-м гвардейским танковым корпусом овладели ближайшими пригородами Дрездена и очистили от врага свыше ста населенных пунктов.

Большого успеха в этот день достигла 15-я гвардейская стрелковая дивизия 34-го гвардейского стрелкового корпуса. В середине дня ее передовые части вышли к Эльбе в районе Зерневиц, Наундорф и с ходу начали ее форсирование.


https://www.google.ru/maps....dd6615a

За 2 часа 40 минут водную преграду преодолели все стрелковые полки с приданными им средствами. Захватив большой плацдарм, дивизия продолжала развивать наступление, обходя Дрезден с запада. Взаимодействуя с ней, 58-я гвардейская стрелковая дивизия успешно развила наступление вслед за своим правым соседом, также форсировав Эльбу. В обеспечении быстрого форсирования реки большую роль сыграли инженерные войска армии.
В это же время соединения 32-го гвардейского стрелкового корпуса — 13-я и 95-я гвардейские стрелковые дивизии, — тесно взаимодействуя с соединениями 34-го гвардейского стрелкового корпуса и 78-й гвардейской стрелковой дивизией 33-го гвардейского стрелкового корпуса, разгромили отходящие части танковой дивизии «Герман Геринг» и 20-й танковой дивизии и к исходу 7 мая овладели северной и северо-восточной окраинами Дрездена. 95-я гвардейская стрелковая дивизия обходила город, с северо-востока, а 78-я гвардейская стрелковая дивизия охватывала Дрезден с востока.


Д.Д.Лелюшенко , командующий 4 Гв. танковой армией.

http://militera.lib.ru/memo/russian/lelyushenko_dd/09.html

В 8 час. утра 6 мая мы находились у себя на наблюдательном пункте. В 8 час. 30 мин. после короткого артиллерийского налета передовые отряды начали атаку. Мы наблюдали, как наши танки (их в обоих передовых отрядах насчитывалось около 150) построились в боевой порядок — углом вперед. Такой порядок построения выгоден в случае внезапного противотанкового огня противника и при наличии минных полей. К тому же такое построение обеспечивало эффективное ведение огня, как фронтального, так и флангового, тогда как боевой порядок в линию позволял вести огонь по существу только перед фронтом и не гарантировал от внезапных сюрпризов.
Смело шли танки, сокрушая врага огнем, броней и гусеницами. На виду у нас пылали вражеские боевые машины и другая техника. Враг оказывал упорное сопротивление. Отдельные группы гитлеровцев сдавались в плен, видимо, они никак не могли сообразить, что же случилось, кто наступает. Американцы? Но почему же тогда они бьют «по-русски»?

Вскоре к нам на НП доставили 4 пленных офицеров с картами, на которых была нанесена обстановка. Стало совершенно ясно, что жесткой обороны у противника здесь нет, как мы и предполагали. Из показаний пленных выяснилось, что командование неприятеля, знавшее, что в этом районе располагаются американские войска, было убеждено, что те наступать не будут. Поэтому атака наших передовых танковых отрядов оказалась для них полной неожиданностью.
В 10 час. 30 мин. я доложил командующему войсками фронта о результатах боя передовых отрядов, стремительно развивавших наступление, кратко изложил данные о характере обороны неприятеля, его поведении и просил разрешения наступать всеми войсками.
К вечеру 6 мая войска нашей армии, пройдя 50 км, вышли на рубеж Вальдгейм, Зибелен, а передовыми отрядами продвинулись вперед до 65 км, овладели важным железнодорожным узлом — г. Фрейберг.


https://www.google.ru/maps....288ee10

Передовые отряды захватывали узлы дорог, дефиле и перевалы. Они опережали противника, не позволяя ему занять подготовленные для обороны рубежи на германо-чехословацкой границе и оседлать горные перевалы.
7 мая 4-я гвардейская танковая армия продвинулась еще на 50-60 км, до рубежа Фрауэнштейн, Зайда. Вскоре все перевалы через Рудные горы были в наших руках. 10-й гвардейский танковый корпус занял Теплице-Шанов, а 6-й гвардейский механизированный корпус — Духцев..
Во второй половине дня 7 мая, когда штаб армии находился на восточной окраине г. Фрейберга, вблизи появились танки противника. Генерал К. И. Упман приказал личному составу штаба армии немедленно перейти в лес юго-восточнее города и организовать оборону. Штаб оказался в чрезвычайно тяжелом положении — сюда с северо-востока подошли многочисленные неприятельские части с танками и артиллерией.
Но в это время в район г. Фрейберга вошел следовавший за нашим 10-м корпусом 7-й гвардейский танковый корпус 3-й гвардейской танковой армии, которым командовал генерал В. В. Новиков}. Его танкисты разгромили вражеские части, выручили наш штаб из беды и двинулись дальше.
К исходу 7 мая 4-я гвардейская танковая армия главными силами преодолела Рудные горы и уже находилась в 150-160 км северо-западнее Праги. За ними продвигалась 13-я армия. Слева шла 3-я гвардейская танковая армия и другие войска 1-го Украинского фронта. С востока двигались 1-я гвардейская, 38, 60 и 18-я армии 4-го Украинского фронта. С юго-востока развивал успех 2-й Украинский фронт.


К.С.Москаленко, командующий 38 армией 4-Украинскго фронта.

http://militera.lib.ru/memo/russian/moskalenko-2/18.html

Успешно проходило и наступление войск нашего фронта. Оно не прекращалось и в дни после освобождения Моравской Остравы, но особенно резкий поворот в их действиях наступил 6 мая, после того как была завершена перегруппировка сил на правое крыло фронта из 1-й гвардейской и 18-й армий.
Несмотря на трудные условия лесистых Судетских гор и дождливую погоду, войска фронта безостановочно наступали, продвигаясь ежедневно по 20—30 км. За четыре дня наступающие продвинулись на 130 км, а противник потерял 28 тыс. солдат и офицеров. Кроме того, было захвачено 9 тыс. пленных, 430 орудий и много другого имущества и вооружения{341}.
Противник пытался организовать сопротивление, особенно у Оломоуца, где было сосредоточено 14 дивизий, в том числе 8-я танковая, переброшенная из полосы 2-го Украинского фронта. Наши войска сломили сопротивление врага и 6 мая завязали бои на северо-восточной окраине Оломоуца.
В тот день мы узнали, что накануне в Праге началось восстание против гитлеровцев, а вскоре услышали по радио призыв повстанцев: «... Советскому Союзу, 4-й Украинский фронт... Срочно просим помощи — парашютную поддержку. Высадка в Праге...»
Это заставило подумать о немедленных мерах по оказанию им помощи. Дело в том, что парашютных войск, которых ждали от нас пражане, в составе фронта не было. А. И. Еременко приказал мне сформировать подвижную группу армии, послать ее в Прагу на помощь восставшим, используя прорыв вражеского фронта в районе Оломоуца.

Я отдал соответствующий приказ командиру 101-го стрелкового корпуса генералу А. Л. Бондареву, который должен был сформировать группу и руководить ее действиями. Вот содержание этого приказа:
«Восставшим населением освобожден от немцев г. Прага. Немецкое командование, по данным пражского радио, оттягивает в район г. Прага воинские части для подавления восстания. На основании указаний командующего войсками фронта приказываю:
1. Сформировать подвижную группу в составе 70 гв. сд (без тылов), 42 гв. тбр, 5 гв. тбр, 1 отдельной чехословацкой тбр, 1511 самоходно-артиллерийского полка, 5 гвардейского минометного полка (артчасти особым указанием) и автополка фронта в составе 200 автомашин под общим командованием командира 101 ск генерал-лейтенанта Бондарева. Заместителем командира [598] подвижной группы по танкам назначить начальника штаба БТ и MB армии подполковника Зудова.

2. Подвижной группе к 6.00 7.5.45 сосредоточиться в Вигштадтль, Чирм, где погрузиться на автомашины с общей готовностью к выступлению в 8.00 7.5.45 г.

Маршрут следования подвижной группы: Вигштадтль, Чирм, Швансдорф, Рауд, Шенвальд, Штадт Либод, Домштадтль, Гибау, Весна, Оломоуц и далее Мюглиц, Моранска Трюбау, Цвиттау, Поличка, Здырец, Часлов, Кутна-Гора, Прага. Иметь в виду: при отсутствии возможности быстрого прохождения Оломоуц переправить группу в районе Седличко.

Подвижной группе достигнуть г. Прага не позже исхода дня 9.5.45. г.

3. Главной задачей подвижной группы является быстрейший выход в район г. Прага. Действия группы должны быть решительными, продвижение смелым и энергичным. Возможные очаги сопротивления противника обходить, используя густую сеть шоссированных дорог вблизи основного маршрута.

Иметь в виду действия подвижной группы 60 А на Прагу правее оси движения подвижной группы 38 А...

5. Связь со штабом армии осуществлять по радио и самолетами связи, для чего начальнику связи придать группе две мощные рации и три самолета...

7. Вслед за подвижной группой... следует 140 сд.

Командующий армией
генерал-полковник К. Москаленко

Член Военного совета
генерал Ф. Олейник

Начальник штаба
генерал-лейтенант В. Воробьев


Соединениями, предназначенными для подвижной группы армии, командовали: 70-й гвардейской и 140-й стрелковыми дивизиями — полковники Л. И. Грединаренко и М. М. Власов, 5-й и 42-й гвардейскими танковыми бригадами — подполковник В. М. Тараканов и полковник В. С. Гаев, танковой бригадой 1-го Чехословацкого отдельного армейского корпуса — подполковник В. Янко. Все возглавляемые ими войска были выведены из боя и 7 мая сосредоточены в 8—10км северо-восточнее Оломоуца.
А тем временем бои за этот город продолжались. Разгром противника и овладение Оломоуцем по замыслу Ставки возлагались на правофланговые армии 4-го и 2-го Украинских фронтов, которые должны были для этого нанести одновременный удар с севера и юга. Первыми туда прорвались левофланговые дивизии 60-й армии генерала П. А. Курочкина.
Вслед за ними на восточной окраине начал бои за город 11-й стрелковый корпус 38 армии. Почти двое суток шли упорные бои.


https://www.google.ru/maps....6159470

В целом события проходили не так, как было предусмотрено планом. Войска 2-го Украинского фронта не успели подойти с юга и не замкнули своевременно кольцо вокруг всей действовавшей там вражеской группировки. Тем не менее значительная ее часть, находившаяся в «мешке» и теснимая с трех сторон, подверглась разгрому. Только ее остаткам — без тяжелого вооружения, транспорта и тылов — удалось уйти через заболоченную пойму реки Моравы, южнее г. Оломоуц. Организовать сопротивление на Чешском плато враг был уже не в состоянии. Войска фронта начали стремительное наступление на Прагу. Так обстояло дело 7 мая.

 
kostasДата: Четверг, 02.04.2015, 18:22 | Сообщение # 79
ОСНОВАТЕЛЬ ГОРОДА
Группа: Модераторы
Сообщений: 2632
Статус: Отсутствует
 
kostasДата: Четверг, 02.04.2015, 18:37 | Сообщение # 80
ОСНОВАТЕЛЬ ГОРОДА
Группа: Модераторы
Сообщений: 2632
Статус: Отсутствует
 
kostasДата: Четверг, 02.04.2015, 21:41 | Сообщение # 81
ОСНОВАТЕЛЬ ГОРОДА
Группа: Модераторы
Сообщений: 2632
Статус: Отсутствует
Пражская наступательная операция. 8 - 11 мая 1945.



Подробная карта

http://rkka.ru/maps/tv24.gif

И.С.Конев , командующий 1-ым Украинским фронтом.

http://militera.lib.ru/memo/russian/konev_is2/text.html#t5

На рассвете 8 мая в полосе действий 4 Гв. танковой армии Лелюшенко произошло событие, в тот момент не обратившее на себя особого внимания, но, несомненно, сыгравшее свою роль в последовавшем затем разгроме и пленении группировки Шернера.
Стремительно продвигаясь вперёд днем и ночью и громя все, что попадалось на пути, 5-й гвардейский мехкорпус под командованием генерал-майора И. П. Ермакова между Яромержем и Жатецем (северо-западнее Праги) с ходу разгромил и уничтожил большую штабную колонну немцев. Разгромил и пошёл дальше. Было некогда останавливаться, задерживаться, разбирать документы.
Что это была за колонна, мы узнали уже потом, только после салюта Победы. Тогда выяснилось, что танкисты Ермакова полностью уничтожили пытавшийся уйти к американцам штаб группы армий «Центр» генерал-фельдмаршала Шернера.
...наше стремительное наступление продолжалось. Войска ударной группировки смяли противника на рубеже Рудных гор, где он ещё пытался зацепиться и оказать сопротивление, и перевалили через них.
В этот же день 5 я гвардейская армия Жадова во взаимодействии с частями армии Гордова, Рыбалко и 2-й армии Войска Польского полностью овладела Дрезденом и с ходу продвинулась ещё на двадцать пять километров. Вечером в Москве прозвучал один из предпоследних салютов войны в честь взятия Дрездена.
Как командующий фронтом, я знал, что в то самое время, когда наши войска продвигаются вперёд, освобождая Чехословакию, в Берлине идет подготовка к подписанию акта о всеобщей капитуляции гитлеровской армии. Я аккуратнейшим образом получал информацию от Генерального штаба обо всем происходившем там и, читая её, испытывал, пожалуй, довольно странное чувство: фельдмаршал Кейтель готовился к подписанию капитуляции, а перед нами все ещё воевал генерал-фельдмаршал Шернер,
В двадцать часов я, выполняя указания Ставки, приказал передать по радио обращение ко всем немецко-фашистским войскам, находившимся на территории Западной Чехословакии, об их безоговорочной капитуляции. Одновременно с этим всем командармам 1-го Украинского фронта было дано указание: если через три часа, то есть к двадцати трем часам 8 мая, гитлеровские войска не капитулируют, продолжать военные действия и, нанеся решительный удар по противнику, разгромить его до конца.
Чтобы воспрепятствовать бегству фашистских генералов и других нацистских преступников воздушным путем, я потребовал от наших войск во время наступления в первую очередь захватывать аэродромы и взлетные площадки, выделив для этого специальные подвижные отряды с танками, броневиками и посаженной на машины пехотой.
Наступила трёхчасовая пауза. Я находился на своем КП, на северо-западной окраине Дрездена, куда перебрался, как только наши войска взяли город. Все, кто прибыл со мной, оставались на своих местах. Слушали, как говорится, во все фронтовые уши — всеми радиостанциями. Ждали ответа. Но ответа от немецко-фашистского командования так и не последовало.
Ровно в двадцать три часа войска фронта в соответствии с приказом обрушили на немцев мощный огневой шквал и возобновили наступление. Вперёд двинулись уже не только армии, входившие в главную и вспомогательные ударные группировки, но и вообще все двенадцать армий фронта вплоть до крайней левофланговой. Они начали наступление в разное время, но к исходу дня продвижение семи армий центра и левого крыла фронта составило от двадцати до тридцати километров.
2-я армия Войска Польского генерала Сверчевского и войска генералов Коротеева, Шафранова, Гусева, Коровникова к утру 8 мая продвинулись на пятнадцать — двадцать километров, очистили от противника ряд городов на границе Чехословакии и в её пределах.
С начала наступления наша авиация уже сделала четыре тысячи самолёто-вылетов. Две трети из них пришлось на 8 мая. Удары с воздуха наносились преимущественно по вражеским (войскам, пытавшимся отходить от Праги на запад. Авиация препятствовала движению немцев по дорогам, которые ещё не успели перерезать наши танкисты.
Танкисты из армий Рыбалко и Лелюшенко утром ворвались в Прагу, перед этим им пришлось совершить в ночь на 9 мая неимоверный по темпам восьмидесятикилометровый бросок.

Первыми ворвались в город с северо-запада танки 10-го гвардейского уральского добровольческого корпуса (командир генерал-лейтенант Е. Е. Белов) армии
Д. Д. Лелюшенко. Почти сразу же вслед за ними с севера в Прагу вступили танкисты 9-го мехкорпуса (командир генерал-лейтенант И. П. Сухов) армии П. С. Рыбалко. А всего через несколько часов на пражских окраинах уже появились передовые части 13-й и 3-й гвардейской общевойсковых армий. Войска 5-й гвардейской армии своими главными силами ликвидировали группировку врага северо-восточнее Праги, и её передовой отряд тоже вышел на северную окраину Праги. К десяти утра Прага была полностью занята и очищена от противника войсками 1-го Украинского фронта.
А в тринадцать часов навстречу нам вышли войска 2-го Украинского фронта. Это были головные части 6-й танковой армии генерала А. Г. Кравченко. Встретились они в тридцати пяти километрах юго-восточнее Праги с частями 4-й гвардейской танковой армии Лелюшенко.
Подвижная группа 4-го Украинского фронта, стремительно преследуя отходящего врага, к восемнадцати часам 9 мая также достигла Праги своими основными силами.
Кольцо вокруг отказавшейся сложить оружие чехословацкой группировки гитлеровцев было замкнуто. В этом очередном и теперь уже последнем гигантском котле оказалось более полумиллиона солдат и офицеров из дезорганизованных и потерявших управление войск группы армий Шернера. Теперь им не оставалось ничего другого, как сдаться, хотя отдельные стычки с фашистами, не желавшими складывать оружие, продолжались в разных местах ещё почти неделю.
Кстати сказать, в течение этой недели был схвачен нами и изменник Родины Власов. Случилось это в сорока километрах юго-восточнее Пльзеня. Войсками 25-го отдельного танкового корпуса генерала Фоминых была пленена власовская дивизия генерала Буйниченко. Когда танкисты стали разоружать её, то выяснилось, что в одной из легковых машин сидит закутанный в два одеяла Власов. Обнаружить предателя помог его собственный шофер. Танкисты вместе с этим шофером вытащили прятавшегося Власова из-под одеял, погрузили на танк и тут же отправили прямо в штаб 13-й армии.

Вечером в Праге, в штабе 3-й гвардейской армии, я и член Военного совета К. В. Крайнюков встретились с нашими боевыми командармами — Рыбалко, Лелюшенко, Гордовым и с членами Военных советов этих армий. Всех военачальников мы от всей души поздравили с одержанной победой. Они ответили тем же.
Но долго поздравлять друг друга некогда, надо было думать о нормализации жизни, о снабжении населения и, стало быть, о назначении начальника гарнизона и коменданта города Праги. В этом эпизоде есть некоторые житейские черточки, которые и сейчас, через двадцать с лишним лет, вызывают у меня улыбку.
Сидя в штабе у Гордова и разговаривая об итогах только что закончившейся операции, я сделался свидетелем жаркого спора между Рыбалко и Лелюшенко о том, кто из них первым вошёл в Прагу. Этот спор подогревался ещё и таким обстоятельством: по нашей русской военной традиции, начиная со времен Суворова, повелось так, что, кто из генералов первым вступил в город, тот обычно и назначается комендантом.
Слушая этот спор между двумя нашими славными генералами-танкистами, никак не желавшими уступить друг другу пальму первенства, я решил, что не стоит углублять их «междоусобицу», и тут же назначил начальником гарнизона командующего 3-й гвардейской армией генерал-полковника Гордова.


Протокол допроса генерал.-фельдмаршала Фердинанда Шернера ,командующего гр. армий "Центр" в Чехословакии.

http://angel-666.blog.ru/158423251.html?attempt=1
http://angel-666.blog.ru/158423027.html

В 9 часов утра 8 мая 1945 года я выехал из своего командного пункта близ города Кеникгрец (Чехословакия) в сопровождении нескольких офицеров моего штаба, в том числе начальника штаба армейской группировки «Центр» генерал-лейтенанта Нацмера, в расположение частей 4 танковой армии, чтобы проверить состояние и боеспособность армии. Своим заместителем на командном пункте оставил командующего 17 армией Гассе.

Кроме того, я надеялся связаться с остальными армиями.

Однако мои надежды не оправдались. Абсолютно необъяснимый для меня прорыв русских танков на широком фронте через горы Эрцгебирге, распространившийся на западном берегу Эльбы, рассеял мою штабную колонну в районе города Зальц (Чехословакия), так что с этого момента я был лишен возможности управлять войсками. На аэродроме Зальц уже горели ангары и бараки. Большая часть сотрудников штаба, вероятно, погибла или попала в плен, был убит следовавший за мной офицер для поручений Нойер.

Я и мой начальник штаба Нацмер бросили по дороге свои бронемашины и с несколькими оставшимися офицерами штаба пошли в город Зальц. В тот же день, 8 мая 1945 года я дал задание Нацмеру установить связь с американским командованием и определить создавшееся положение. Он ушел к американцам и больше ко мне в город Зальц не вернулся.

Оставшись в таком неопределенном положении, 9 мая 1945 года я переоделся в гражданскую одежду, чтобы удобнее скрыться от преследования со стороны советских и союзных военных властей, и на самолете «Шторх», случайно сохранившемся на аэродроме близ города Залыд, улетел в район города Китцбюхель (Австрия). Вместе с собой я взял моего старого и верного мне связного унтер- офицера Юлиуса Фукса, который достал для меня у местных жителей города Зальц (фамилий не знаю) гражданскую одежду. Мы приземлились близ деревни Митерзиль в Тироле, где я, находясь на нелегальном положении, продолжал скрываться от американских военных властей до 17 мая 1945 года.

Вопрос: С какой целью вы улетели в район Китцбюхеля?

Ответ: Я считал, что этот район является центром так называемой «Альпийской крепости», и полагал, что как раз в этом районе дислоцируется ставка германского верховного командования, которая должна возглавить германские вооруженные силы, предназначавшиеся для обороны внутренней германской крепости. Я решил передать себя в распоряжение этой ставки.


А.И.Еременко, командующий 4-ым Украинским фронтом.

http://militera.lib.ru/memo/russian/eremenko_ai3/14.html

День 8 мая принес успех войскам, наступавшим на оломоуцком направлении. Рано утром 8 мая войска 60, 38 и 1-й гвардейской армий в тесном взаимодействии штурмом овладели важным оперативно-стратегическим пунктом обороны противника, г. Оломоуц, после чего немедленно повели стремительное наступление на Прагу, выдвинув свои подвижные группы.
Главные усилия авиации 8-й воздушной армии в течение 6–8 мая были сосредоточены на обеспечении наступления 1 гвардейской, 38-й и 60-й армии на оломоуцком направлении. Всего за три дня было произведено около 800 самолетовылетов.
За пять дней боев, с 4 по 8 мая, войска фронта захватили 9000 пленных, 430 орудий, много танков и другой техники и вооружения.
9 мая кольцо вокруг всей чехословацкой группировки немецких войск, которые отказались сложить оружие, было полностью замкнуто. В последнем для гитлеровцев гигантском «котле» оказалась более чем полумиллионная группировка дезорганизованных, потерявших управление и боеспособность немецких войск. С выходом наших войск к Праге путь на запад войскам группы армии «Центр» оказался отрезанным.
Несмотря на это, в полосе действий 4-го Украинского фронта противник, отказавшись капитулировать и сдаться в плен советским войскам, с боями отходил в западном направлении. На пути своего отступления гитлеровцы взрывали мосты, минировали дороги и подрывали свои орудия, танки, автомашины, самолеты и склады. Все это было безрассудно, но фанатичные фашистские сатрапы не считались ни с чем.
Для преследования противника нами были созданы подвижные группы. Стремительно продвигаясь вперед, они опрокидывали арьергарды противника, разоружали его, захватывали в плен одну за другой фашистские дивизии. Дисциплина и порядок в рядах гитлеровцев заметно падали.
Героизм и инициативу проявили воины 8-й Севастопольской разведроты, двигавшейся в авангарде подвижной группы, особенно же разведчики головного дозора: И. Н. Курощепов и В. В. Саломатин, разведавшие путь к Праге всей колонне.
В течение 9 и 10 мая войска фронта взяли в плен более 20 тыс. солдат и офицеров из группировки Шёрнера (главным образом 1-й танковой армии), захватили огромные военные трофеи. 10 мая под ударом наших наземных и воздушных сил войска Шёрнера были окончательно дезорганизованы. Потеряв связь и управление, гитлеровцы начали массовую сдачу в плен.
Войска 1-го Украинского фронта первыми вступили в столицу Чехословакии 9 мая с севера. Подвижные группы нашего фронта вошли в Прагу 9–10 мая с востока.
Еще до рассвета 9 мая войска нашего фронта продолжали преследование. Они продвигались так стремительно, что передние уходили далеко на запад, оставляя в тылу разрозненные группы противника, которые уничтожались или захватывались в плен частями второго эшелона.
10 мая основные силы 60 и 38-й армий фронта, оказавшиеся впереди, так как полоса наступления сузилась, продолжали продвижение в западном направлении и к исходу дня вышли на фронт Градец Кралове, Пардубице, Хрудим.
1-я гвардейская и 18-я армии были остановлены на восточном берегу р. Свитива на участке от Цвиттау до Летовице.
за последние дня после капитуляции немецких войск с 9 по 13 мая в руки войск фронта попало около 130 тыс. пленных, в том числе два генерала. Были захвачены трофеи, вся боевая техника и военное имущество Германии, находившееся в этой части Чехословакии: самолетов — 219, орудий — 1354, танков, САУ и бронетранспортеров — 298, минометов — 510, пулеметов — 2782, винтовок и автоматов — 43 500, автомашин тягачей — 10 172, лошадей — 7900 и т. д.
Захват пленных и сбор трофеев продолжался и после 13 мая, отдельные группы противника некоторое время еще скитались по лесам и глухим местам, но вынуждены были выходить и сдаваться в плен.
Так, например, только 15 мая было захвачено 1859 солдат и офицеров. За 16 и 17 мая было пленено еще 3123 солдата и офицера немецкой армии.

Карта наступления 4-го Украинского фронта.


http://militera.lib.ru/memo/russian/moskalenko-2/s20.gif

Д.Д.Лелюшенко , командующий 4 Гв. танковой армией.

http://militera.lib.ru/memo/russian/lelyushenko_dd/09.html

Действуя в трудных условиях горной местности, гвардейцы 16-й механизированной бригады Г. М. Щербака утром 8 мая ворвались в г. Мост, имеющий большое военно-промышленное значение. Там был размещен крупный завод по производству синтетического бензина. Бригада уничтожила более 20 вражеских орудий, разгромила фашистский гарнизон и освободила город.
Навстречу советским воинам вышли сотни и тысячи мужчин, женщин, подростков. Это были русские, чехи, поляки, французы, датчане, люди многих других национальностей, которых гитлеровцы угнали из родных мест на каторжные работы. Их руками фашисты строили заводы и фабрики. Люди были измождены непосильным трудом. Они бросались к нашим воинам, обнимали и целовали их, дарили цветы и со слезами на глазах выкрикивали: «Да здравствуют освободители!», «Да здравствуют русские!», «Да здравствует свобода!».
Мы вместе с командиром 6-го гвардейского механизированного корпуса С. Ф. Пушкаревым и начальником политотдела корпуса полковником Г. И. Потаповым оказались в центре этой ликующей толпы.
В ночь на 8 мая 1945 г. 10-я гвардейская механизированная бригада 5-го гвардейского механизированного корпуса под командованием полковника В. Н. Буслаева, действуя в качестве передового отряда, ворвалась в Жатец (60 км северо-западнее Праги). Заметив в полумраке длинную неприятельскую колонну автомашин, командир танкового полка подполковник О. Н. Гребенников с ходу атаковал противника. Вскоре сюда подошли другие бригады 5-го гвардейского механизированного корпуса и завершили дело, начатое Гребенниковым. Как потом выяснилось, это был штаб группы армий «Центр» Шернера, который спешил из Яромержа (100 км северо-восточнее Праги) в Пльзен, чтобы оттуда пробраться на запад.
Вот на этом пути и постигла противника катастрофа. Буквально за несколько минут под ударами танков старшего лейтенанта В. С. Деревянко и лейтенанта С. П. Бедненко, штаб генерал-фельдмаршала Шернера перестал существовать. На улицах Жатеца разыгралось нечто вроде бумажной метели: ветер кружил и раскидывал во все стороны охапки штабных документов. Большинство гитлеровцев сдалось в плен, в их числе 9 генералов.

https://www.google.ru/maps....ed6d904

Но многие, как стая испуганных шакалов, пытались спрятаться в подворотнях, на огородах, в канавах и на чердаках. Чехословацкие друзья помогли нам выловить их.
Шернер, как потом стало известно, с адъютантом, владевшим чешским языком, переодевшись в штатскую одежду, успел скрыться, бросив свои войска на произвол судьбы.
Теперь войска Шернера, действовавшие перед 1, 2 и 4-м Украинскими фронтами, оказались без централизованного управления.
Утром 8 мая стало известно, что Германия капитулировала, однако войска Шернера, не признав капитуляции, еще продолжали вести бои. Они пытались пробиться на запад, но, не достигнув своей цели, были уничтожены или пленены нашими войсками.
Хотя 9 мая новый фашистский главарь — Дениц официально дал указание своим войскам «9 мая в 00 часов 00 минут всем видам вооруженных сил, всем театрам военных действий, всем вооруженным организациям и отдельным лицам прекратить боевые действия против прежних противников», но в тот же день для «разъяснения» этого приказа в Пльзен, где, по расчетам Деница, должен был находиться штаб Шернера, уже разгромленный нами в Жатец, направился самолетом офицер генерального штаба полковник Мейер-Детринг. Он имел при себе приказ, в котором предписывалось как можно дольше продолжать борьбу против советских войск, ибо только при этом условии многочисленные части фашистской армии смогут выиграть время для того, чтобы пробиться на запад, к союзникам.
Примерно к 2 час. 30 мин. утра 9 мая нами было получено радиодонесение от передового отряда М. Г. Фомичева о том, что он ворвался в Прагу. Эти сведения подтвердил офицер связи из 10-го гвардейского танкового корпуса капитан М. В. Мишин.
В 3 час. 9 мая передовые части 63-й гвардейской танковой бригады вели бой в центре Праги — у здания генерального штаба. Один батальон бригады, не дав эсэсовцам взорвать заминированный Карлов мост, находился на западном берегу р. Влтавы, а другой батальон выбил гитлеровцев из Пражского кремля.
В 4 час. утра 9 мая в Прагу вошел весь 10-й гвардейский танковый корпус 4-й гвардейской танковой армии. Вместе с ним вошла и 70-я армейская гвардейская самоходно-артиллерийская бригада Н. Ф. Корнюшкина. В Прагу с юго-запада ворвался взвод САУ лейтенанта Кулемина и за ним 72-й гвардейский тяжелый танковый полк А. А. Дементьева. Другие наши корпуса (6-й и 5-й гвардейские механизированные) главными силами тоже вошли в город.

4-я гвардейская танковая армия по приказу командования фронта после освобождения Праги выдвинулась в восточном и юго-восточном направлениях и перерезала пути отхода разбитым немецко-фашистским войскам на запад.
Разведывательная группа под командованием старшего лейтенанта Г. А. Бодунова 11-й гвардейской механизированной бригады полковника И. Т. Носкова 5-го гвардейского механизированного корпуса, действуя в направлении Пльзен, в 11 час. 9 мая встретилась со 2-й пехотной дивизией 5-го корпуса 3-й американской армии в районе Ржичаны (20 км восточнее Пльзен).
С 6 по 10 мая 1945 г. 4-я гвардейская танковая армия, пройдя с боями около 200 км. а если брать от Берлина, то около 400 км, уничтожила и захватила около 200 танков и бронетранспортеров, 246 орудий и минометов, 6290 автомашин. Только в полосе действий нашей армии взято в плен 48 тыс. гитлеровцев, в том числе 9 генералов.
10 мая кольцо вокруг основных сил немецко-фашистской труппы армий «Центр» замкнулось. В окружении оказалась почти вся вражеская группировка, действовавшая в Чехословакии.


К.С.Москаленко, командующий 38 армией 4-Украинскго фронта.

http://militera.lib.ru/memo/russian/moskalenko-2/18.html

Карта наступления подвижной группы 38 армии.

http://militera.lib.ru/memo/russian/moskalenko-2/s20.gif

Утром 8 мая, когда в северной части Оломоуца еще шли бои, с его центральной площади мы отправляли подвижную группу армии в стремительный рейд на Прагу. Чтобы проводить ее, прибыли командующий фронтом А. И. Еременко, я и А. А. Епишев. Прощаясь с А. Л. Бондаревым, как всегда спокойным и решительным, я вновь подумал, что он лучше других подходит для роли командира подвижной группы с такой ответственной задачей.
Сложность тут заключалась в том, чтобы в кратчайший срок прорваться к Праге в условиях, когда при отсутствии сплошного фронта противника очаги его сопротивления могли не раз встретиться подвижной группе на ее пути. Из этих соображений еще при разработке приказа мною были указаны лишь основные промежуточные пункты ее движения. В выборе маршрута между ними в зависимости от конкретно складывающейся обстановки инициатива была предоставлена командиру подвижной группы.
— Обходить, только обходить очаги сопротивления, — еще раз напомнил я Бондареву, — ни в коем случае не ввязываться в бои, безостановочно двигаться к Праге, помнить, что для ее спасения дорога каждая минута.
Получив разрешение, генерал Бондарев со своей подвижной группой двинулся на запад. Мы же возвратились на командный пункт армии.
Выслушивая доклады об успешном наступлении войск армии, я ловил себя на том, что неотступно продолжаю думать о действиях подвижной группы генерала А. Л. Бондарева. Они становились теперь главным звеном в выполнении задачи, поставленной нашей армии. И потому не следовало ли мне находиться вместе с подвижной группой? Когда я заговорил об этом с А. А. Епишевым, оказалось, что так думал и он.
Решили обратиться за советом к генералу А. И. Еременко. Командующий фронтом, рассудив, что целесообразно иметь впереди, там, куда устремились все войска фронта, одного из командармов, разрешил мне возглавить подвижную группу армии. Одновременно мы договорились, что, в случае если связь будет прервана, он на следующий день, 9 мая, вышлет к нам самолет. Согласовали и координаты места посадки самолета на восточной окраине Праги.
И вот, приблизительно через два часа после проводов подвижной группы, вслед за ней отправился я. Вместе со мной был и А. А. Епишев. Сопровождала нас небольшая охрана.
Не успели мы проехать по шоссе и 40—45 км, как догнали части подвижной группы. Выяснилось, что ее движение застопорилось в районе крупного населенного пункта Литовель. Засевшие там гитлеровцы открыли массированный артиллерийский огонь по передовому отряду и вывели из строя несколько наших танков и автомашин.
Я распорядился вывести части из боя. Им было приказано обойти Литовель по грунтовым дорогам и продолжать движение на Мюглиц, Моравска Трюбау, Цвиттау.


https://www.google.ru/maps....615f840

Но так как на этот маневр требовалось некоторое время, а у нас на счету была каждая минута, то тут же был сформирован новый передовом отряд из стрелковых и танковых частей, не связанных боем. Он без промедления двинулся вперед, прокладывая путь всей подвижной группе.
Двигаясь с передовым отрядом, мы шли на высоких скоростях. Вот позади остались Мюглип, Моравска Трюбау, Цвиттау, Поличка, Глинско и другие города. По пути мы обгоняли колонны пеших немецких солдат, танков и самоходных орудий, а также обозы и колонны автомашин с войсками и имуществом. Всех их потом останавливали и разоружали главные силы армии.
Примерно в 21 час передовой отряд миновал г. Хотебор.


https://www.google.ru/maps....942,10z

Я приказал не останавливаться, не ждать остальных частей подвижной группы, стремительно двигаться вперед. Был сделан лишь короткий привал, настолько короткий, что за это время мы даже не успели ни установить связь со своим штабом, ни доложить командующему фронтом о ходе выполнения задачи.

https://www.google.ru/maps....6152a00

Сумерки еще не успели сгуститься, когда мы выехали на шоссе, соединяющее г. Йиглаву с Прагой. Здесь произошла наша встреча с передовым отрядом 5-го гвардейского танкового корпуса 6-й гвардейской танковой армии из состава 2-го Украинского фронта.
... теперь, когда мы встретились с частями 6-й гвардейской танковой армии, требовалось во избежание скрещивания с ее колоннами повернуть нашу группу на шоссе Кутна-Гора — Прага.

https://www.google.ru/maps....6154f30

глухой темной ночью мы продолжали движение. Но тут, как на грех, выяснилось, что в нашей колонне оказались машины с поврежденной осветительной системой.
Что делать? Неужели тоже ждать рассвета? Но ведь если передовой отряд 6-й гвардейской танковой армии встретил сопротивление врага, то и подвижная группа нашего фронта, наступающая севернее, очевидно, ведет бой с противником, задерживающим ее движение... Следовательно, пока что успешно продвигается к Праге с востока только наша колонна, и мы обязаны продолжать наступление в любых условиях,
Дорогу подсвечивали машины с исправным освещением, которые по возможности чередовались с теми, у которых оно было повреждено. Благодаря этому мы смогли продолжать движение, хотя и несколько медленнее, чем днем.
На этом последнем отрезке пути — от Кутна-Горы до Праги — мы встретили довольно много мелких групп противника. Но наша колонна двигалась все стремительнее, обходя опорные пункты гитлеровцев. В коротких ожесточенных схватках мы уничтожали их заслоны, пытавшиеся преградить нам путь, прикрыть отход своих главных сил на запад.
Сопротивление противника усилилось утром, когда мы вышли непосредственно на подступы к Праге.
9 мая передовой отряд подвижной группы 38-й армии вступил в Прагу. Недалеко от центра города навстречу нам вышли
3—4 танка с закрытыми люками, т. е. в готовности к бою. Оказалось, что они принадлежали 63-й гвардейской танковой бригаде 4-й гвардейской танковой армии, которая рано утром первой вступила в столицу Чехословакии.
О нашем приближении знали в 4-й танковой армии. В ее журнале боевых действий в тот день было записано: «... с востока к Праге подходила 38-я армия».

Всего в Пражском котле было взято в плен ок. 800 000 солдат Вермахта - вся гр. армий "Центр" , четыре немецикх армии (по-нашему четыре фронта).


 
kostasДата: Четверг, 02.04.2015, 21:52 | Сообщение # 82
ОСНОВАТЕЛЬ ГОРОДА
Группа: Модераторы
Сообщений: 2632
Статус: Отсутствует
 
kostasДата: Четверг, 02.04.2015, 22:01 | Сообщение # 83
ОСНОВАТЕЛЬ ГОРОДА
Группа: Модераторы
Сообщений: 2632
Статус: Отсутствует
 
kostasДата: Четверг, 02.04.2015, 22:04 | Сообщение # 84
ОСНОВАТЕЛЬ ГОРОДА
Группа: Модераторы
Сообщений: 2632
Статус: Отсутствует
 
kostasДата: Четверг, 02.04.2015, 22:10 | Сообщение # 85
ОСНОВАТЕЛЬ ГОРОДА
Группа: Модераторы
Сообщений: 2632
Статус: Отсутствует
 
kostasДата: Четверг, 02.04.2015, 22:11 | Сообщение # 86
ОСНОВАТЕЛЬ ГОРОДА
Группа: Модераторы
Сообщений: 2632
Статус: Отсутствует
 
kostasДата: Четверг, 02.04.2015, 22:16 | Сообщение # 87
ОСНОВАТЕЛЬ ГОРОДА
Группа: Модераторы
Сообщений: 2632
Статус: Отсутствует
 
kostasДата: Четверг, 02.04.2015, 22:29 | Сообщение # 88
ОСНОВАТЕЛЬ ГОРОДА
Группа: Модераторы
Сообщений: 2632
Статус: Отсутствует
 
kostasДата: Четверг, 02.04.2015, 22:40 | Сообщение # 89
ОСНОВАТЕЛЬ ГОРОДА
Группа: Модераторы
Сообщений: 2632
Статус: Отсутствует
Подписание безоговорочной капитуляции нацистской Германии.


Г.К.Жуков ,командующий 1-ым Белорусским фронтом ,заместитель Верховного Гланокомадующего.

http://militera.lib.ru/memo/russian/zhukov1/22.html

7 мая мне в Берлин позвонил И. В. Сталин и сообщил:
— Сегодня в городе Реймсе немцы подписали акт безоговорочной капитуляции. Главную тяжесть войны, — продолжал он, — на своих плечах вынес советский народ, а не союзники, поэтому капитуляция должна быть подписана перед Верховным командованием всех стран антигитлеровской коалиции, а не только перед Верховным командованием союзных войск.
— Я не согласился и с тем, — продолжал И. В. Сталин, — что акт капитуляции подписан не в Берлине, центре фашистской агрессии. Мы договорились с союзниками считать подписание акта в Реймсе предварительным протоколом капитуляции. Завтра в Берлин прибудут представители немецкого главного командования и представители Верховного командования союзных войск. Представителем Верховного Главнокомандования советских войск назначаетесь вы. Завтра к вам прибудет Вышинский. После подписания акта он останется в Берлине в качестве вашего помощника по политической части. Вы же назначаетесь Главноначальствующим в советской зоне оккупации Германии, одновременно будете и Главнокомандующим советскими оккупационными войсками в Германии, — сказал И. В. Сталин.
Рано утром 8 мая в Берлин прилетел А. Я. Вышинский. Он привез всю нужную документацию по капитуляции Германии и [330] сообщил состав представителей от Верховного командования союзных войск.
С утра 8 мая начали прибывать в Берлин журналисты, корреспонденты всех крупнейших газет и журналов мира, фоторепортеры, чтобы запечатлеть исторический момент юридического оформления разгрома фашистской Германии, признания ею необратимого крушения всех фашистских планов, всех ее человеконенавистнических целей.
В середине дня на аэродром Темпельгоф прибыли представители Верховного командования союзных войск.
Верховное командование союзных войск представляли маршал авиации Великобритании Артур В. Теддер, командующий стратегическими воздушными силами США генерал Карл Спаатс и главнокомандующий французской армией генерал Ж. Латр де Тассиньи.
На аэродроме их встречали мой заместитель генерал армии В. Д. Соколовский, первый комендант Берлина генерал-полковник Н. Э. Берзарин, член Военного совета армии генерал-лейтенант Ф. Е. Боков и другие представители Красной Армии. С аэродрома союзники прибыли в Карлсхорст, где было решено принять от немецкого командования безоговорочную капитуляцию.
На тот же аэродром из города Фленсбурга прибыли под охраной английских офицеров генерал-фельдмаршал Кейтель, адмирал флота фон Фридебург и генерал-полковник авиации Штумпф, имевшие полномочия от Дёница подписать акт безоговорочной капитуляции Германии.
Здесь, в Карлсхорсте, в восточной части Берлина, в двухэтажном здании бывшей столовой немецкого военно-инженерного училища подготовили зал, где должна была проходить церемония подписания акта.
Немного отдохнув с дороги, все представители командования союзных войск прибыли ко мне, чтобы договориться по процедурным вопросам столь волнующего события.
Не успели мы войти в помещение, отведенное для беседы, как туда буквально хлынул поток американских и английских журналистов и с места в карьер начали штурмовать меня вопросами. От союзных войск они преподнесли мне флаг дружбы, на котором золотыми буквами были вышиты слова приветствия Красной Армии от американских войск.
После того как журналисты покинули зал заседания, мы приступили к обсуждению ряда вопросов, касающихся капитуляции гитлеровцев.
Генерал-фельдмаршал Кейтель и его спутники в это время находились в другом здании.
По словам наших офицеров, Кейтель и другие члены немецкой делегации очень нервничали. Обращаясь к окружающим, Кейтель сказал:
— Проезжая по улицам Берлина, я был крайне потрясен степенью его разрушения. [331]
Кто-то из наших офицеров ему ответил:
— Господин фельдмаршал, а вы не были потрясены, когда по вашему приказу стирались с лица земли тысячи советских городов и сел, под обломками которых были задавлены миллионы наших людей, в том числе многие тысячи детей?
Кейтель побледнел, нервно пожал плечами и ничего не ответил.
Как мы условились заранее, в 23 часа 45 минут Теддер, Спаатс и Латр де Тассиньи, представители от союзного командования, А. Я. Вышинский, К. Ф. Телегин, В. Д. Соколовский и другие собрались у меня в кабинете, находившемся рядом с залом, где должно было состояться подписание немцами акта безоговорочной капитуляции.
Ровно в 24 часа мы вошли в зал.
Начиналось 9 мая 1945 года...
Все сели за стол. Он стоял у стены, на которой были прикреплены государственные флаги Советского Союза, США, Англии, Франции.
В зале за длинными столами, покрытыми зеленым сукном, расположились генералы Красной Армии, войска которых в самый короткий срок разгромили оборону Берлина и вынудили противника сложить оружие. Здесь же присутствовали многочисленные советские и иностранные журналисты, фоторепортеры.
— Мы, представители Верховного Главнокомандования Советских Вооруженных Сил и Верховного командования союзных войск, — заявил я, открывая заседание, — уполномочены правительствами стран антигитлеровской коалиции принять безоговорочную капитуляцию Германии от немецкого военного командования. Пригласите в зал представителей немецкого главного командования.
Все присутствовавшие повернули головы к двери, откуда сейчас должны были появиться те, кто хвастливо заявлял на весь мир о своей способности молниеносно разгромить Францию, Англию и не позже как в полтора-два месяца раздавить Советский Союз.
Первым, не спеша и стараясь сохранить видимое спокойствие, переступил порог генерал-фельдмаршал Кейтель, ближайший сподвижник Гитлера. Выше среднего роста, в парадной форме, подтянут. Он поднял руку со своим фельдмаршальским жезлом вверх, приветствуя представителей Верховного командования советских и союзных войск.
За Кейтелем появился генерал-полковник Штумпф. Невысокий, глаза полны злобы и бессилия. Одновременно вошел адмирал флота фон Фридебург, казавшийся преждевременно состарившимся.
Немцам было предложено сесть за отдельный стол, который специально для них был поставлен недалеко от входа.
Генерал-фельдмаршал не спеша сел и поднял голову, обратив свой взгляд на нас, сидевших за столом президиума. Рядом с Кейтелем сели Штумпф и Фридебург. Сопровождавшие их офицеры встали за ними. [332]
Я обратился к немецкой делегации:
— Имеете ли вы на руках акт безоговорочной капитуляции Германии, изучили ли его и имеете ли полномочия подписать этот акт?
Вопрос мой на английском языке повторил главный маршал авиации Теддер.
— Да, изучили и готовы подписать его, — приглушенным голосом ответил генерал-фельдмаршал Кейтель, передавая нам документ, подписанный гросс-адмиралом Дёницем. В документе значилось, что Кейтель, фон Фридебург и Штумпф уполномочены подписать акт безоговорочной капитуляции.
Это был далеко не тот надменный Кейтель, который принимал капитуляцию от побежденной Франции. Теперь он выглядел побитым, хотя и пытался сохранить какую-то позу.
Встав, я сказал:
— Предлагаю немецкой делегации подойти сюда, к столу. Здесь вы подпишете акт безоговорочной капитуляции Германии.
Кейтель быстро поднялся, устремив на нас недобрый взгляд, а затем опустил глаза и, медленно взяв со столика фельдмаршальский жезл, неуверенным шагом направился к нашему столу. Монокль его упал и повис на шнурке. Лицо покрылось красными пятнами. Вместе с ним подошли к столу генерал-полковник Штумпф, адмирал флота фон Фридебург и немецкие офицеры, сопровождавшие их. Поправив монокль, Кейтель сел на край стула и слегка дрожавшей рукой подписал пять экземпляров акта. Тут же поставили подписи Штумпф и Фридебург.
После подписания акта Кейтель встал из-за стола, надел правую перчатку и вновь попытался блеснуть военной выправкой, но это у него не получилось, и он тихо отошел за свой стол.
В 0 часов 43 минуты 9 мая 1945 года подписание акта безоговорочной капитуляции Германии было закончено. Я предложил немецкой делегации покинуть зал.
Кейтель, Фридебург, Штумпф, поднявшись со стульев, поклонились и, склонив головы, вышли из зала. За ними вышли их штабные офицеры.
От имени советского Верховного Главнокомандования я сердечно поздравил всех присутствовавших с долгожданной победой. В зале поднялся невообразимый шум. Все друг друга поздравляли, жали руки. У многих на глазах были слезы радости. Меня окружили боевые друзья — В. Д. Соколовский, М. С. Малинин, К. Ф. Телегин, Н. А. Антипенко, В. Я. Колпакчи, В. И. Кузнецов, С. И. Богданов, Н. Э. Берзарин, Ф. Е. Боков, П. А. Белов, А. В. Горбатов и другие.


 
kostasДата: Четверг, 02.04.2015, 22:43 | Сообщение # 90
ОСНОВАТЕЛЬ ГОРОДА
Группа: Модераторы
Сообщений: 2632
Статус: Отсутствует
 
Форум » ОБЩИЕ ТЕМЫ » ЛЮБИТЕЛЯМ ИСТОРИИ » Великая Отечественная война, продолжение (Фото ,видео , история ,мемуары ,исследования ...)
Страница 6 из 9«12456789»
Поиск:


Copyright MyCorp © 2017